Осколки
16.10.2026
Автор: Анастасия Промская
Анастасия Промская
Осколки идиллических дней
...я никогда не думал,
Что можно так любить и грустить.
Н. Гумилев
Я скучаю по своему недавнему прошлому. По прошлому учебному году... Конечно, я больше не плачу над тем утраченным временем и не вижу ничего плохого в нынешней жизни — сейчас не хуже! Но всё-таки не так...
Сейчас уже похолодало, наступила настоящая осень. Я люблю осень, но не могу любить ее так, как тогда. В ней нет сейчас Тверского бульвара, "Записок на манжетах" и "Морфия" Булгакова, ненаписанной ещё дипломной работы по балладам Брамса, растворимого кофе, бессонных ночей, "Воспоминаний о Скрябине" Сабанеева, стихов тоже нет... А впрочем, и ладно. Тогда ещё я каждый день ходила по Камергерскому переулку, в котором Юрий Живаго увидел окно, где "свеча горела на столе"... Самое главное — нет сейчас предчувствия страшного и решающего судьбу события, которым представлялись вступительные в консерваторию, а вместе с этим предчувствием нет инстинктивного стремления удержать и запомнить каждое мгновение жизни, как будто подходящей к концу.
Конечно, это все бывшее, прошлое, можно перенести в нынешнюю реальность. Я могу делать хоть всё то же самое, что и тогда, но зачем? Все равно ничего не повторится. Сегодня я слушала Третий концерт Рахманинова. Мы проходили его в прошлом году по музлитературе... Главная партия первой части — дорога в вечность. Я иду сейчас по этой дороге. Ни начала ее не видно, ни конца, есть только огромное пространство, которое обязательно нас всех ещё переживет или задавит метафизической тяжестью. Интересно, что теперь нет больше стремления быть причастной к этому пространству, к этой вечности... Может быть, налетит ветер, похожий на хроматические линии из разработки первой части, и собьёт меня с ног. Это как в "Двенадцати" Блока:
"Черный вечер.
Белый снег.
Ветер, ветер!
На ногах не стоит человек.
Ветер, ветер —
На всем Божьем свете!"
Блока тоже было много в прошлом году... "Возмездие" и "Благословляю всё, что было" лейтмотивом прошли сквозь ноябрь и начало зимы.
Теперь я больше не учусь в Мерзляковке, и этим все отравлено. Конечно, это пройдет. Но пока не прошло, я буду бродить в окрестностях Училища, чтоб сердце сжималось от воспоминаний.
С поступлением в консерваторию в моей жизни произошла революция и унесла с собою Серебряный век.
Сейчас уже похолодало, наступила настоящая осень. Я люблю осень, но не могу любить ее так, как тогда. В ней нет сейчас Тверского бульвара, "Записок на манжетах" и "Морфия" Булгакова, ненаписанной ещё дипломной работы по балладам Брамса, растворимого кофе, бессонных ночей, "Воспоминаний о Скрябине" Сабанеева, стихов тоже нет... А впрочем, и ладно. Тогда ещё я каждый день ходила по Камергерскому переулку, в котором Юрий Живаго увидел окно, где "свеча горела на столе"... Самое главное — нет сейчас предчувствия страшного и решающего судьбу события, которым представлялись вступительные в консерваторию, а вместе с этим предчувствием нет инстинктивного стремления удержать и запомнить каждое мгновение жизни, как будто подходящей к концу.
Конечно, это все бывшее, прошлое, можно перенести в нынешнюю реальность. Я могу делать хоть всё то же самое, что и тогда, но зачем? Все равно ничего не повторится. Сегодня я слушала Третий концерт Рахманинова. Мы проходили его в прошлом году по музлитературе... Главная партия первой части — дорога в вечность. Я иду сейчас по этой дороге. Ни начала ее не видно, ни конца, есть только огромное пространство, которое обязательно нас всех ещё переживет или задавит метафизической тяжестью. Интересно, что теперь нет больше стремления быть причастной к этому пространству, к этой вечности... Может быть, налетит ветер, похожий на хроматические линии из разработки первой части, и собьёт меня с ног. Это как в "Двенадцати" Блока:
"Черный вечер.
Белый снег.
Ветер, ветер!
На ногах не стоит человек.
Ветер, ветер —
На всем Божьем свете!"
Блока тоже было много в прошлом году... "Возмездие" и "Благословляю всё, что было" лейтмотивом прошли сквозь ноябрь и начало зимы.
Теперь я больше не учусь в Мерзляковке, и этим все отравлено. Конечно, это пройдет. Но пока не прошло, я буду бродить в окрестностях Училища, чтоб сердце сжималось от воспоминаний.
С поступлением в консерваторию в моей жизни произошла революция и унесла с собою Серебряный век.